На главную
Обратная связь
Карта сайта
<IMG SRC="nonflash.gif" width=1000 height=200 BORDER=0>
ГлавнаяМатериалыРазмышления литвина о толерантности
  • Главная
  • О клубе
  • События & Новости
  • Деятельность
  • Представительства
  • Члены клуба
  • Гербовник
  • Материалы
  • Контакты
  • Сотрудничество
  • Форум








  • Новости

    Размышления литвина о толерантности


     
    Приветствуем вас, дамы и господа!

    В год торжества 1000-летия Литвы (события, о котором знаем, «благодаря» отсутствию религиозной терпимости в те давние времена и ввиду летописного свидетельства о казни литовскими язычниками христианского миссионера Бруно Квертфуртского со свитой на рубеже Литвы и Руси (по некоторым данным, на территории современной Беларуси)), от самого начала посвящаем речь сию Пану-Господу нашему и Костёлу католическому, прося благословения высочайшего на сие выступление…
    На землях Великого Княжества Литовского (где веками друг с другом рядом жили литвины, русины, поляки, евреи, татары и московиты, язычники, католики, православные, протестанты, иудеи, татары и старообрядцы) принципы терпимости и толерантности имели не просто важное, но первейшее и жизненно важное значение. До сих пор ученик беларуськой школы, хоть среди ночи его разбуди, не задумываясь, ответит: «Что такое толерантность? Это то, что свойственно беларусам, сколько они себя помнят!». Но если задуматься, сегодня «толерантностью» чаще всего называют не саму терпимость к проявлениям «иного», «чужого», а закамуфлированую индеферентность, общественный конформизм, подсозательный страх перед конфронтацией — и это едва ли ни в равной мере свойственно в наши дни как потомкам мещан и простолюдинов, так и впавшим в забытье потомкам шляхты Великого Княжества Литовского.
      Herb Pachonia
    Герб Великого Княжества Литовского

    По мнению пана Маршалка Монархической Лиги ВКЛ Александра Яна Стрельцова-Карвацкого, «фундаментом такой „толерантности“ является поствизантийская ментальность большинства населения. В византизме нет чёткого определения понятий, а резкое разделение жизни на „духовное“ и „светское“ создаёт паралельный мир религиозного существования. В этом плане широко распространённым является поведение, представляющее собой в мире вышеназванных людей спорадическое практикование некоторых форм набожности без реального воздействия на реальные отношения и реальную жизнь. В итоге большинство поствизантийцев относятся к другим „толерантно“, что можно также трактовать и как „безразлично“. Но под действием различных, в том числе и внешних, факторов подобные общественные группы обречены на размывание и расхождение по лагерям с чётко обозначенными ценностями, что очень медленно, но происходит уже сегодня».
    Терпимость и толерантность в межгосударственных отношениях важны, пожалуй, даже больше, нежели в отношениях межличностных — ибо результаты напрямую влияют не на единицы, а на миллионы и миллиарды людей. Стоит заметить, что ставший притчей во языцех принцип «Моста между Севером, Югом, Западом и Востоком» из здорового принципа терпимости, толерантности и взаимовыгодного сотрудничества очень легко может выродиться в «принцип Соловья-разбойника на раздорожье», которому все вокруг одинаково «нужны», и который одинаково никому вокруг не нужен, non grata…
    Вспоминаю историю нашей Литвы и Речи Посполитой. Как писал литовский историк пан Альфредас Бумблаускас: «Вильнюс можно назвать северным Иерусалимом не только из-за его важности для еврейской культуры, но также и потому, что нахождение на стыке цивилизаций и притяжение предопределило такую многоконфессиональность, которой не могла похвастать ни одна из европейских столиц. В XVI-XVII вв. в ВКЛ и Вильнюсе жили представители свыше 10 конфессий. В „греческой части“ столицы жили униты — греки, исповедующие католическую веру, и русские староверы, а в так называемой „латинской части“ — адепты протестантизма (лютеране, кальвинисты, антитринитаристы), а также армяне-католики да иудеи. В пригороде жили караимы и татары, исповедовавшие мусульманскую веру (ВКЛ вместе с Вильнюсом являются исторически наиболее удаленным на север районом, где исповедуется ислам). Межконфессиональная терпимость наблюдалась даже в 1563 году, когда в Западной Европе преобладала религиозная нетерпимость».
    В то время, когда Европа была шокирована событиями Варфоломеевской ночи, когда во Франции было убито около 50 тысяч гугенотов, в январе 1573 года шляхта Речи Посполитой собралась в Варшаве, чтобы определить условия жизни страны во время бескоролевья. Николай Радзивилл Рыжий при поддержке Астафея Воловича и Павла Паца, выступил с инициативой законодательно закрепить религиозную толерантность, чтобы предотвратить в государстве религиозные войны. В результате голосования был принят акт Варшавской конфедерации, один из пунктов которого гласил: «А іж в Речы Посполітой ест розность немалая з стороны веры хрестіяньское, забегаючы тому, абы се с тое прычыны межы людмі заістье якое шкодлівое не вщело, которую по іншіх королевствах ясне відім, обецуем то собе сполне за нас і за потомкі нашы на вечные часы покой межы собою заховаті, а для розное веры і отмены в костелах крові не пролівать, ані се караті отсуженьем маетності, почстівостью, везеньем і выволаньем, і зверхності жадное, ані уряду до такового поступку жадным способом не помагать». Это был первый в мире правовой акт, декларировавший принципы равноправия между людьми разных вероисповеданий. Для Европы, охваченной огнём религиозных войн, Варшавская конфедерация, постановления которой клятвенно подтверждались последующими королями РП, стала примером, как следует решать вопросы свободы совести.
    В своём большинстве, поляки, литвины, русины, немцы, иудеи, татары жили в Речи Посполитой бок о бок и в согласии, взаимно обогощаясь культурно. Существовавшие межнациональные антагонизмы не стоит преувеличивать и концентрировать на них излишнее внимание. Лучше со всем вниманием всмотреться в то, насколько сильным общим для всех был патриотизм! Конечно, ввиду собственных интересов, патриотизм поляков отличался от патриотизма граждан иных национальностей. Огромной заслугой Речи Посполитой следует считать сознательное культивирование интернационального патриотизма. Именно благодаря национальному дифференцированию Республики, отдельные народы не утратили уникального своеобразия. Живя бок о бок, люди сохраняли национальное сознание и идентичность собственной народности. Хоть Республика как держава не приобрела однородности и общего государственного самосознания своих жителей, однако, она стала школой наднационального патриотизма, который уважительно относится к иным, а не воюет и уничтожает иных…
    Возвращаясь к вопросу мифологизации толерантности, процитируем беларуського историка пана Александра Кравцевича: «Миф о культурной толерантности белорусов — в целом адекватный, созидательный. Он манифестирует нашу неповторимость в богатой мозаике народов мира. В нём наша особенность и наша гордость. В современном мире, особенно в Европе, толерантность возведена в ранг найвысшей идеологической ценности. При том, в большинстве европейских стран практика толерантности имеет относительно короткую историю, а белорусы, наоборот, могут гордиться своей давней исторической традицией толерантности.
    Терпимость и понимание белорусов в отношении культуры и вероисповедания других людей следует из глубокой древности белорусского этноса да извечного пограничного положения нашего края. Белорусский народ является продуктом пограничья культур и цивилизаций: балтской и славянской, византийской и западноевропейской. Католицизм соседствовал с язычеством и православием, впоследствии прибавились ислам, протестантизм, иудаизм… Было соперничество, но оно приносило свой плод — уникальный культурный синтез местных и привнесённых традиций. Соперничество культур и религий у нас не приобретало формы межэтнической или религиозной войны. Именно разнообразие культур стало одной из причин совершенной кодификации права (имею ввиду Литовский Статут, действовавший четыре столетия).
    Миф про исконную социально-политическую толерантность белорусов — терпимость, покорность любой власти, политическую инертность — не просто вреден, но и реально исторически необоснован. Этот миф порождён врагом: мол, отреклись от всего своего — языка, культуры, национальной идентичности. Этот миф, во-первых, неадекватный, а во-вторых — вредоносный, враждебный, направленный на то, чтоб представить белорусов „навозом, на котором прорастают культуры иных народов“».
    «Толерантность»-равнодушие, извращённая терпимость, конформизм, политическая инертность — стратегия выживания большинства в любом народе. Сопротивление, перемены инициирует элита. В нашей стране имеется огромная проблема элиты, а именно: наиболее просвещённая, образованная и активная часть общества не объединена под штандаром исторически безупречной национальной идеи. Это последствия новейшей истории Беларуси в условиях пограничья. Инертность большинства сегодняшних беларусов в делах политических — итог уничтожения наших исторических элит. Лучшие и активнейшие истреблялись физически, их место занимали приезжие, чужие, или же подрастали местные манкурты и вырожденцы. Желание пересидеть любой ветерок в уютном тихом уголке, стремление не конфликтовать с властями — дело понятное в стране пограничья, где только в ХХ веке власть сменялась многократно, и наиболее активные при одной власти теряли головы с приходом власти иной…
    О, Литва, моя Отчизна! — кричу вослед пана литвина Адама Мицкевича. — Ты, как здоровье: лишь потеряв тебя, осознаёшь бесценность твою…
    В речи по случаю вручения Нобелевской премии 1980 года наш земляк, поэт, пан литвин Чеслав Милош сказал: «Прекрасно родиться в малой стране, где природа человечна и соразмерна человеку, где на протяжении столетий сосуществовали друг с другом разные языки и разные религии. Я имею в виду Литву, землю мифов и поэзии»…

    Засим, благодарим за внимание ваше, дамы и господа!
    Благодарим за долготерпение нашего выхода пред ваши очи!
    Надеемся, наш скромный труд оказался и для вас полезным!

    Божьей Милостью, Анджей Войслав Николаев-Пашкевич,
    литвин, гражданин Великого Княжества Литовского,
    Великий Маршалек Интернационального дворянского клуба «SZLACHTA»,
    Руководитель Литовско-Беларуського представительства клуба,
    Маршалек Минского сейма Магнатов клуба,
    Действительный член Монархической Лиги
    Великого Княжества Литовского
    «За Веру, Айчыну і Князя»

    27 дня месяца июля года 2009 от Р.Х.
    г.Минск-Литовский — г.Нижнекамск


    Ссылки на материалы интернета:
    1) Аляксандар Ян Стральцоў-Карвацкі «Стаць Літвінам і быць ім!»
    2) Альфредас Бумблаускас «Тысячелетие Литвы – Millennium Lithuaniae, или какую весть Литва может донести по этому поводу Востоку»
    3) «LITWA: hłos monarchisty (monarchisto balsas)»
    4) «Жыцьцё і сьмерць мітаў: Талерантны народ»